April 21st, 2016

Про религию, политику и гуманизм

Алексей Малашенко, исламовед и, насколько я понимаю, секулярный гуманист, недавно признал, что связь между религией и политикой вовсе не уходит в безвозвратное прошлое, но является одной из констант полицивилизационного мироустройства. "Понятие "столкновение цивилизаций", - пишет он, - эффектно, провокационно, но все же весьма туманно. С нашей точки зрения, целесообразнее говорить о "трении цивилизаций", о конфликте идентичностей, который существовал всегда и который при определенных (в частности, нынешних) обстоятельствах может обостряться, принимая в том числе самые крайние формы. Этому способствует и то, что, как бы кому-то ни хотелось, религия не отделена от политики, а в исламе не отчуждаема от нее. На острие этого политизированного конфликта идентичностей, который есть часть всех прочих социально-экономических, политических конфликтов, стоят исламисты. И не стоит видеть сложившуюся ситуацию апокалипсисом. Исламизм в разных своих вариантах в конечном счете стал легитимным участником глобального политического процесса, и воспринимать его как сугубо негативный феномен невозможно. Всем нам с ним жить" (http://www.interfax-religion.ru/?act=print&div=19413).
Вчера примерно то же самое о религии и политике было сказано Алексеем Всеволодовичем на круглом столе в центре Карнеги, где я представил нечто вроде доклада. Понятно, что г-н Малашенко говорит прежде всего об исламе, но я убежден, что христиане также имеют право на отражение своей веры в политических проектах и конструкциях.
Об этом сегодня как раз сказал на конференции «Государство, Церковь, право: конституционно-правовые и богословские проблемы». Идеал симфонии Церкви, государства и общества - не только прошлое, но путь в будущее. Это одновременно религиозный и государственный идеал. Секуляризм и гуманизм нежизнеспособны. Новое тысячелетие или не состоится, увидев царство антихриста, конечное торжество зла и конечную победу над ним - или станет веком религии, отказавшейся от политкорректности и толерантности, религии, ведущей проповедь единственной истины в глобальном информационном пространстве, в условиях новой государственности, где власть будет связана прежде всего с информационным влиянием, со сферой идей, а не с деньгами, формальными властными полномочиями или силовым ресурсом. Кстати, интересно там погворили о гуманизме. Александр Щипков правильно назвал его религией. Я добавил - это религия, вышедшая из недр тайных обществ и полуоккультных орденов, подчас даже сатанистских. Гуманизм по большинству исторических линий восходит именно к оккультизму, вплоть до сатанизма - как и наука. Традиционно-хритсианские корни у этих явлений - не главные, как бы ни пытались теологи-приспособленцы найти эти корни у себя в истории.

Прот. Всеволод Чаплин