July 19th, 2016

Как я был экуменистом

Многие просят меня сказать, как я отношусь сегодня к своей прежней вовлеченности в экуменическое движение. Говорил об этом в нескольких выступлениях, скажу еще раз «на тексте».
Придя в Церковь через довольно консервативные круги, в конце 80-х – начале 90-х годов я на некоторое время стал искренним экуменистом. Общался с лидерами неформального диссидентского экуменического движения, участвовал в совместных молитвах – в чем потом покаялся на исповеди.
Полное разочарование в экуменизме у меня наступило уже в первые годы участия в мероприятиях «Всемирного совета церквей» и «Конференции европейских церквей», то есть в середине 90-х. Я начал работать в разных органах этих структур около 1992 года – стал членом Комиссии церквей по международным делам ВСЦ, потом был сомодератором комиссии «Церкви и общество» КЕЦ, членом центральных комитетов ВСЦ и КЕЦ. Занимался там в основном «политическими» вопросами – не «богословием» и не поисками единства. Довольно быстро понял, что обе организации представляют из себя стагнирующие бюрократическо-дипломатические сообщества, где все основные дискуссии ведутся вокруг интересов стран и цивилизаций, которые представляют их религиозные общины. Каждая кризисная ситуация – будь то балканские войны, отношения между Южной и Северной Кореей и так далее – порождали изматывающие споры вокруг формулировок компромиссных документов. Рад тому, что удавалось избежать слишком жесткого западного доминирования в ряде вопросов. Неплохая позиция была выработана по отношению к глобальному финансовому капитализму – здесь мы объединились с «левыми» протестантами «третьего мира» и некоторых стран Запада. Но времени на все это было, увы, потрачено очень много. Сами же по себе принятые документы были особо никому не нужны – позиция ВСЦ и КЕЦ сегодня мало кому интересна, в отличие от 60-х – 80-х годов, когда эти организации были ареной соприкосновения западного и советского блоков.
Другая сфера бурной деятельности этих организаций – ожесточенная борьба за руководящие посты в их бюрократии, за разные почетные позиции, за выделение и распределение грантов от религиозных центров, «гуманитарных» фондов, структур ООН и ЕС. Занятие это пустое и глупое, хотя в нашем внешнецерковном аппарате тому, кто где «сядет» в очередном ЦК или исполкоме, уделялось непропорционально много внимания. При этом есть и еще одна проблема – ко всем должностям и позициям постоянно рвутся агрессивные феминистки, ультралибералы, представители сексменьшинств, лица, близкие к западным спецслужбам. Очень часто они задают тон дискуссии на заседаниях – и с ними приходилось постоянно «рубиться».
Уже к концу 90-х я начал откровенно издеваться над всем происходившим в ВСЦ, причем прямо на заседаниях. В 1998 году на ассамблее ВСЦ в Хараре я хорошо оттоптался на феминистках, после чего видная деятельница совета американка Дженис Лав в газете для участников ассамблеи заявила, что «никогда еще не слышала настолько антиэкуменического заявления». На ассамблее 2006 года в Порту-Алегри я распространил издевательский памфлет «Заповеди пост-христианского язычества», где от души поглумился над леволиберальной ревизией христианства в ВСЦ (http://www.interfax-religion.ru/?act=analysis&div=61). «Прогрессивные» деятели долго скрежетали зубами. Один мне сказал: «Неужели ты в самом деле думаешь, что мы такие плохие? Педофилию ведь мы никогда не одобрим». Однако мои прогнозы о ее одобрении некоторыми западными «христианами» к 2030 году остаются в силе – и вполне могут сбыться.
Ни на какие совместные молитвы в ВСЦ и КЕЦ я к этому времени даже не заглядывал – наоборот, демонстративно их игнорировал. На какой-то из ассамблей – кажется, в Порту-Алегри – мы с другим делегатом из России даже устроили перформанс: сожгли экуменический молитвенник недалеко от здания, где совершалось торжественное «богослужение открытия». В общем, разгоняли скуку как могли.
Считаю некоторой честью то, что в 2008 году именно мне довелось объявить КЕЦ о приостановке участия Русской Православной Церкви в этой организации – это произошло вследствие отказа принять туда Эстонскую Православную Церковь в составе Московского Патриархата на фоне принятия константинопольской «автономии» в Эстонии. По сути нас просто грубо обманули – не только Константинополь, но и руководство КЕЦ. Приостановить участие в этих условиях я считал правильным – и получил поддержку Патриарха Алексия и митрополита Кирилла. Надеюсь, что и с ВСЦ вскоре мы поступим так же – или еще более радикально.
Покинув Отдел внешних церковных связей в 2009 году, я попросил при первой же процедурной возможности исключить меня из всех органов «экуменического движения» - и нимало о том не жалею. В органах этого движения нет не только истинной христианской веры, но даже истинного религиозного поиска – один цинизм, мелко-политические дрязги, бюрократические разборки.
В конце советского времени мы верили, что экуменизм приведет к воссоединению всех, кто именует себя христианами, на основе Православия. Но подавляющее большинство протестантов лишь еще более отдалилось от него, а католики стремительно идут по пути пораженчества и приспособления к духу «мира сего», нагло навязывающего логику зла и структуры зла тем, кто возносит в молитве имя Христово. Будет ли в случае соглашательства со злом услышана та молитва? Или те, кто поклонится «веку сему», услышат: «Не знаю вас, откуда вы; отойдите от Меня все делатели неправды» (Лк. 13, 27)? 
Протоиерей Всеволод Чаплин

Нам не нужен МОК

Только вот опубликовал на "Лайфе" колонку (https://life.ru/879672)про отношения России и МОК, как упомянутая организация призвала не проводить в России международные соревнования по зимним видам спорта (http://realnoevremya.ru/news/37511) и отстранить от Олимпиады в Рио неназванных российских чиновников. (Неужели всех?) Решение по поездке нашей команды в Рио ожидается на днях. Что ж, еще раз становится ясно: созданное на основе масонской идеологии "Олимпийское движение" идет в фарватере русофобской западной политики. Допинговые скандалы в разных странах бывали и похлеще (даже если допустить, что "росийский" скандал имеет под собой почву), но санкции могут оказаться беспрецедентными. Мне вот гораздо больше, чем опимпиады, нравится вот это: http://tankbiatlon.ru/tankovyj-biatlon-2016/ .
Текст колонки - внизу.
Последнее слово относительно участия российской команды в ОИ-2016 в Рио осталось за Международным олимпийским комитетом. Его глава Томас Бах после Олимпиады в Сочи имеет с Россией довольно прочные связи и, думаю, симпатизирует ей. Но не он один будет принимать решение.
В МОК, как и в большинстве других международных организаций, западные страны, прежде всего США и Великобритания, постарались создать ситуацию, при которой ни одно решение не должно радикально расходиться с их волей.
Если в США за российских олимпийцев взялись серьёзно, Бах не посмеет противоречить. И не зря вопрос ставится ребром: до открытия игр осталось две недели, идут мощнейшие информационные вбросы. Почему же молчали два года? Да потому, что надо было пойти на обострение и не оставить МОК пространства для маневра.
Варианты изгнания России с Игр или изгнания Баха западными лоббистами из МОК в случае допуска нашей команды — более чем реальны. Половинчатые решения здесь вряд ли возможны. Наши "партнёры", скорее всего, уже предвкушают победу. Значит, российскому руководству пора задуматься об ответных шагах. И не только в случае с МОК.
Стратегия давления на Россию в международных организациях, созданных без нашего участия и лишь "милостиво" принявших нас на своих условиях — это реальность не на один год. Бороться до последней капли крови за наши интересы там — это всё равно игра по чужим правилам.
А вот чего наши хитромудрые "партнёры" действительно боятся, так это создания континентальных и глобальных альтернатив.
Например, аналога МВФ, закрученного не по западной модели экономики и созданного без участия Уолл-стрит. Или военно-политических союзов с азиатскими странами. Или, наконец, международного спортивного сообщества, основанного не на утопических квазипацифистстких установках Пьера де Кубертена, классического масона, а на идеях воинской доблести и борьбы за настоящую свободу народов.
Поверьте, многие присоединятся.
Но США как страну-агрессора в это сообщество можно принципиально не приглашать. Великобританию, Францию, Германию — может быть, но без малейших привилегий.
Да, такой сценарий требует мозгов, а главное — политической воли. Требует и денег — но вряд ли больших, чем сегодняшние расходы на участие в олимпийском движении.
И если этот сценарий осуществить — нынешние грозные околоспортивные оппоненты России наверняка будут уговаривать нас остаться в МОК и даже разумно реформировать его.
Но зачем нам эта организация, основанная на устаревших идеях?
Прот. Всеволод Чаплин